Уступка прав требования по кредитному договору

Главная » Полезное » Публикации » Долги и обязательства
Существует практика, когда права требования, по которым производится возврат средств по кредитному договору, могут уступаться кредиторам другому лицу. В рамках статьи рассматривается спорная ситуация – имеют ли банки право осуществлять передачу лицам, которые не имеют лицензии на кредитование. Особое внимание уделено практической части и результатов решения подобных вопросов в судах различной юрисдикции. Также рассмотрены законы, определяющие возможности по передачи прав требования другим лицам, вытекающие из них правовые ограничения различного плана и выводы, получаемые на их основании.

Согласно ст. 382 ГК РФ право (требование), принадлежащее кредитору на основании обязательства, может быть передано им другому лицу по сделке. Возникает вопрос: вправе ли банк уступить права требования по кредитному договору иному лицу, не имеющему соответствующей лицензии, позволяющей производить кредитование лиц. Попробуем разобраться.

Ответ на данный вопрос неоднозначен не только в судах общей юрисдикции, но и в арбитражных судах. Так, в судебной практике судов общей юрисдикции наметилось два абсолютно противоположных подхода.

В соответствии с первым из них такая лицензия не требуется. Этого подхода придерживаемся и мы в силу следующего.

Согласно ст. 382 ГК РФ право (требование), принадлежащее кредитору на основании обязательства, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования).

Для перехода к другому лицу прав кредитора не требуется согласие должника, если иное не предусмотрено законом или договором.

В силу положений ст. 384 ГК РФ, если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права. В частности, к новому кредитору переходят права, обеспечивающие исполнение обязательства, а также другие связанные с требованием права, в том числе право на неуплаченные проценты.

Согласно требованиям п. 1 ст. 388 ГК РФ уступка требования кредитором другому лицу допускается, если она не противоречит закону, иным правовым актам или договору.

В соответствии с положениями п. 1 ст. 819 ГК РФ по кредитному договору банк или иная кредитная организация (кредитор) обязуются предоставить денежные средства (кредит) заемщику в размере и на условиях, предусмотренных договором, а заемщик обязуется возвратить полученную денежную сумму и уплатить проценты на нее.

Согласно положениям ст. 5 Федерального закона от 02.12.1990 N 395-1 "О банках и банковской деятельности" операция по возврату денежных средств, выданных физическому либо юридическому лицу по заключенному с ними кредитному договору, а также уплата процентов по кредитному договору банковской операцией не является, соответственно, данная операция не требует наличия лицензии на ее осуществление.

Нормами параграфа 2 главы 42 ГК РФ запрет банку или иной кредитной организации уступать свои права по кредитному договору третьим лицам не установлен.

Запрет на заключение договора уступки права требования установлен ст. 383 ГК РФ, согласно которой не допускается переход к другому лицу прав, неразрывно связанных с личностью кредитора, в частности требований об алиментах и о возмещении вреда, причиненного жизни или здоровью.

Вместе с тем требование возврата задолженности по кредитному договору является денежным, неразрывно не связано с личностью кредитора, вследствие чего уступка права требования по кредитному договору не противоречит ст. 383 ГК РФ (Апелляционное определение Санкт-Петербургского городского суда от 23.04.2013 N 33-5348/2013).

В соответствии со ст. 7 Федерального закона от 27.07.2006 N 152-ФЗ "О персональных данных" операторы и иные лица, получившие доступ к персональным данным, обязаны не раскрывать третьим лицам и не распространять персональные данные без согласия субъекта персональных данных, если иное не предусмотрено федеральным законом.

При этом, как указал Санкт-Петербургский городской суд в Апелляционном определении от 23.04.2013 N 33-5348/2013, переход прав требования по кредитному договору от одного кредитора к другому прав должника на банковскую тайну, а также на тайну его (должника) персональных данных не нарушает.

Согласие субъекта персональных данных на обработку указанных данных не требуется, в случае если обработка персональных данных осуществляется в целях исполнения договора, одной из сторон которого является субъект персональных данных (Определение Ленинградского областного суда от 07.11.2012 N 33-5000/2012).

Что касается арбитражных судов, то, несмотря на неоднозначность подходов, позиция ВАС РФ была неоднократно выражена как в отношении заемщиков - юридических лиц, так и в отношении заемщиков-потребителей.

Так, в п. 16 информационного письма Президиума ВАС РФ от 13.09.2011 N 146 "Обзор судебной практики по некоторым вопросам, связанным с применением к банкам административной ответственности за нарушение законодательства о защите прав потребителей при заключении кредитных договоров" ВАС РФ разъяснил, что уступка банком лицу, не обладающему статусом кредитной организации, не исполненного в срок требования по кредитному договору с заемщиком-гражданином не противоречит закону и не требует согласия заемщика.

При этом доводы в подтверждение указанного вывода строятся на следующих позициях, содержащихся в информационном письме:

- требование возврата кредита, выданного физическому лицу по кредитному договору, не относится к числу требований, неразрывно связанных с личностью кредитора;

- в законодательстве РФ отсутствует норма, которая бы устанавливала необходимость получения согласия заемщика-гражданина на уступку кредитной организации требований, вытекающих из кредитного договора;

- при уступке требования по возврату кредита (в том числе и тогда, когда цессионарий не обладает статусом кредитной организации) условия кредитного договора, заключенного с гражданином, не изменяются, его положение при этом не ухудшается (ст. ст. 384 и 386 ГК РФ), гарантии, предоставленные гражданину-заемщику законодательством о защите прав потребителей, сохраняются;

- уступка требований, вытекающих из кредитного договора, не нарушает нормативных положений о банковской тайне (ст. 26 Закона N 395-1), так как в соответствии с ч. 7 данной статьи цессионарий, его должностные лица и работники обязаны хранить ставшую им известной информацию, составляющую банковскую тайну, и эти лица несут установленную законом ответственность за ее разглашение (в том числе и в виде обязанности возместить заемщику причиненный разглашением банковской тайны ущерб).

Аналогичная позиция высказана и в отношении заемщика - юридического лица в п. 2 информационного письма Президиума ВАС РФ от 30.10.2007 N 120 "Обзор практики применения арбитражными судами положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации", в соответствии с которым уступка банком прав кредитора по кредитному договору юридическому лицу, не являющемуся кредитной организацией, не противоречит законодательству.

В информационном письме разъяснено, что действующее законодательство не содержит норм, запрещающих банку уступить права по кредитному договору организации, не являющейся кредитной и не имеющей лицензии на занятие банковской деятельностью. Уступка требований по кредитному договору не относится к числу банковских операций, указанных в ст. 5 Закона N 395-1. Из названной нормы следует обязательность наличия лицензии только для осуществления деятельности по выдаче кредитов за счет привлеченных средств. По смыслу данного Закона с выдачей кредита лицензируемая деятельность банка считается реализованной. Ни Закон, ни ст. 819 ГК РФ не содержат предписания о возможности реализации прав кредитора по кредитному договору только кредитной организацией.

При этом заключение соглашения об уступке прав из кредитного договора нарушает права вкладчиков, если за уступленное требование банк получает встречное имущественное предоставление от цессионария.

Между тем имеет место и второй подход, в соответствии с которым суды придерживаются прямо противоположного подхода, основываясь на следующем.

Суды ссылаются на то, что нормой, предусмотренной п. 1 ст. 819 ГК РФ, установлен специальный субъект, имеющий право заключать кредитный договор, - банк либо иная кредитная организация, имеющая соответствующую лицензию на осуществление банковской деятельности.

Вследствие этого уступка права требования по кредитному договору лицу, не являющемуся банком либо кредитной организацией, противоречит специальному банковскому законодательству, требующему лицензировать банковские операции, и, более того, нарушает как баланс интересов участников кредитного обязательства, так и права вкладчиков кредитных учреждений.

При этом суды ссылаются на п. 51 Постановления Пленума ВС РФ от 28.06.2012 N 17 "О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей", где ВС РФ указал, что, разрешая дела по спорам об уступке требований, вытекающих из кредитных договоров с потребителями (физическими лицами), суд должен иметь в виду, что Законом о защите прав потребителей не предусмотрено право банка, иной кредитной организации передавать право требования по кредитному договору с потребителем (физическим лицом) лицам, не имеющим лицензии на право осуществления банковской деятельности, если иное не установлено законом или договором, содержащим данное условие, которое было согласовано сторонами при его заключении.

Рассматриваемый подход можно встретить, например, в Определении Санкт-Петербургского городского суда от 22.11.2012 N 33-16490/2012.

Избежать подобной коллизии можно, по-видимому, запросив у должника согласие на уступку или хотя бы уведомив его.

Так, в Определении Санкт-Петербургского городского суда от 17.12.2012 N 33-17217/2012 суд указал: "Изложенное свидетельствует о том, что при заключении кредитного договора между его сторонами было достигнуто соглашение о возможности передачи прав требования по кредитному договору новому кредитору. При этом каких-либо ограничений относительно возможности передачи прав требования только лицу, имеющему лицензию на осуществление банковской деятельности, либо необходимости получения согласия должника для перехода к другому лицу прав кредитора сторонами договора предусмотрено не было.

Из материалов дела следует, что ответчица была уведомлена о состоявшейся уступке (л.д. 59), каких-либо возражений относительно состоявшейся уступки ею до обращения истца с иском в суд не заявлялось, права нового кредитора не оспаривались, исковые требования предъявлены в пределах сумм задолженности, существовавших к моменту уступки".

Таким образом, в рассматриваемом случае представляется целесообразным при непосредственном заключении кредитного договора указывать в нем условие, позволяющее банку производить уступку прав требования по кредитному договору.